Неточные совпадения
Я и в университете был, и слушал лекции по всем
частям, а искусству и порядку жить не только не выучился, а еще как бы
больше выучился искусству побольше издерживать деньги на всякие новые утонченности да комфорты,
больше познакомился с такими предметами, на которые нужны деньги.
— Но позвольте: зачем вы их называете ревизскими, ведь души-то самые давно уже умерли, остался один неосязаемый чувствами звук. Впрочем, чтобы не входить в дальнейшие разговоры по этой
части, по полтора рубли, извольте, дам, а
больше не могу.
— Ну вот уж здесь, — сказал Чичиков, — ни вот на столько не солгал, — и показал
большим пальцем на своем мизинце самую маленькую
часть.
В последнее время она стала все
чаще и
больше разговаривать с своею старшей девочкой, десятилетнею Поленькой, которая хотя и многого еще не понимала, но зато очень хорошо поняла, что нужна матери, и потому всегда следила за ней своими
большими умными глазками и всеми силами хитрила, чтобы представиться все понимающею.
Тут заинтересовало его вдруг: почему именно во всех
больших городах человек не то что по одной необходимости, но как-то особенно наклонен жить и селиться именно в таких
частях города, где нет ни садов, ни фонтанов, где грязь и вонь и всякая гадость.
— Теперь отделяйтесь, паны-братья! Кто хочет идти, ступай на правую сторону; кто остается, отходи на левую! Куды бо́льшая
часть куреня переходит, туды и атаман; коли меньшая
часть переходит, приставай к другим куреням.
Иные рассуждали с жаром, другие даже держали пари; но бо́льшая
часть была таких, которые на весь мир и на все, что ни случается в свете, смотрят, ковыряя пальцем в своем носу.
Нужно, чтобы он речами своими разодрал на
части мое сердце, чтобы горькая моя участь была еще горше, чтобы еще жалче было мне моей молодой жизни, чтобы еще страшнее казалась мне смерть моя и чтобы еще
больше, умирая, попрекала я тебя, свирепая судьба моя, и тебя — прости мое прегрешение, — Святая Божья Матерь!
Которого куреня бо́льшая
часть переходила, туда и куренной атаман переходил; которого малая
часть, та приставала к другим куреням; и вышло без малого не поровну на всякой стороне.
Ольга, как всякая женщина в первенствующей роли, то есть в роли мучительницы, конечно, менее других и бессознательно, но не могла отказать себе в удовольствии немного поиграть им по-кошачьи; иногда у ней вырвется, как молния, как нежданный каприз, проблеск чувства, а потом, вдруг, опять она сосредоточится, уйдет в себя; но
больше и
чаще всего она толкала его вперед, дальше, зная, что он сам не сделает ни шагу и останется неподвижен там, где она оставит его.
В Швейцарии они перебывали везде, куда ездят путешественники. Но
чаще и с
большей любовью останавливались в мало посещаемых затишьях. Их, или, по крайней мере, Штольца, так занимало «свое собственное дело», что они утомлялись от путешествия, которое для них отодвигалось на второй план.
Но чем
чаще они виделись, тем
больше сближались нравственно, тем роль его становилась оживленнее: из наблюдателя он нечувствительно перешел в роль истолкователя явлений, ее руководителя. Он невидимо стал ее разумом и совестью, и явились новые права, новые тайные узы, опутавшие всю жизнь Ольги, все, кроме одного заветного уголка, который она тщательно прятала от его наблюдения и суда.
Молиться в ночь морозную
Под звездным небом Божиим
Люблю я с той поры.
Беда пристигнет — вспомните
И женам посоветуйте:
Усердней не помолишься
Нигде и никогда.
Чем
больше я молилася,
Тем легче становилося,
И силы прибавлялося,
Чем
чаще я касалася
До белой, снежной скатерти
Горящей головой…
Из окна направо видна
часть террасы, на которой сиживали обыкновенно
большие до обеда.
Проживя бо̀льшую
часть жизни в деревне и в близких сношениях с народом, Левин всегда в рабочую пору чувствовал, что это общее народное возбуждение сообщается и ему.
Но он всё
чаще и
чаще, и с
большим упорством вглядывался в нее.
Чем
больше проходило времени, чем
чаще он видел себя опутанным этими сетями, тем
больше ему хотелось не то что выйти из них, но попробовать, не мешают ли они его свободе.
И потому, решив разделить приданое на две
части,
большое и малое приданое, княгиня согласилась сделать свадьбу до поста.
Она решила, что малую
часть приданого она приготовит всю теперь,
большое же вышлет после, и очень сердилась на Левина за то, что он никак не мог серьезно ответить ей, согласен ли он на это или нет.
— Ну, в этом вы, по крайней мере, сходитесь со Спенсером, которого вы так не любите; он говорит тоже, что образование может быть следствием бо́льшего благосостояния и удобства жизни,
частых омовений, как он говорит, но не умения читать и считать…
Он только передал нужные для Алексея Александровича деньги и дал краткий отчет о состоянии дел, которые были не совсем хороши, так как случилось, что нынешний год вследствие
частых выездов было прожито
больше, и был дефицит.
— Я тебе говорю, чтò я думаю, — сказал Степан Аркадьич улыбаясь. — Но я тебе
больше скажу: моя жена — удивительнейшая женщина…. — Степан Аркадьич вздохнул, вспомнив о своих отношениях с женою, и, помолчав с минуту, продолжал: — У нее есть дар предвидения. Она насквозь видит людей; но этого мало, — она знает, чтò будет, особенно по
части браков. Она, например, предсказала, что Шаховская выйдет за Брентельна. Никто этому верить не хотел, а так вышло. И она — на твоей стороне.
Имение свое Тихон Иванович завещал, как и следовало ожидать, своему почтеннейшему благодетелю и великодушному покровителю, «Пантелею Еремеичу Чертопханову»; но почтеннейшему благодетелю оно
большой пользы не принесло, ибо вскорости было продано с публичного торга —
частью для того, чтобы покрыть издержки надгробного монумента, статуи, которую Чертопханов (а в нем, видно, отозвалась отцовская жилка!) вздумал воздвигнуть над прахом своего приятеля.
Совершенно ясно, что
больше всех мужчин ей нравится Варавка, она охотнее говорит с ним и улыбается ему гораздо
чаще, чем другим.
— Папаша
большой шалун по женской
части, — проворчал Попов, прервав деловую беседу с гарсоном.
— Я, — говорил он, — я-я-я! — все
чаще повторял он, делая руками движения пловца. — Я написал предисловие… Книга продается у входа… Она — неграмотна. Знает на память около тридцати тысяч стихов… Я —
Больше, чем в Илиаде. Профессор Жданов… Когда я… Профессор Барсов…
— За наше благополучие! — взвизгнул Лютов, подняв стакан, и затем сказал, иронически утешая: — Да, да, — рабочее движение возбуждает
большие надежды у некоторой
части интеллигенции, которая хочет… ну, я не знаю, чего она хочет! Вот господин Зубатов, тоже интеллигент, он явно хочет, чтоб рабочие дрались с хозяевами, а царя — не трогали. Это — политика! Это — марксист! Будущий вождь интеллигенции…
Толпа, покрикивая, медленно разорвалась на три
части: две отходили по косой вправо и влево от колокольни, третья двигалась по прямой линии от нее, все три бережно, как нити жемчуга, несли веревки и казались нанизанными на них. Веревки тянулись от ушей
большого колокола, а он как будто не отпускал их, натягивая все туже.
Снимок — мутный, не сразу можно было разобрать, что на нем —
часть улицы, два каменных домика, рамы окон поломаны, стекла выбиты, с крыльца на каменную площадку высунулись чьи-то ноги, вся улица засорена изломанной мебелью, валяется пианино с оторванной крышкой, поперек улицы — срубленное дерево, клен или каштан, перед деревом — костер, из него торчит крышка пианино, а пред костром, в
большом, вольтеровском кресле, поставив ноги на пишущую машинку, а винтовку между ног, сидит и смотрит в огонь русский солдат.
Дронов возился с продажей дома
больше месяца, за это время Самгин успел утвердиться в правах наследства, ввестись во владение, закончить план повести и даже продать
часть вещей, не нужных ему, костюмы Варвары, мебель.
Отправляют товар
больше в Америку,
частью в канатах,
частью тюками, в волокнах.
Туда стекается народ: предметов потребления надобится все
больше и
больше, обозы идут
чаще из Иркутска на прииски и обратно — и формируется центр сильного народонаселения и деятельности.
В колонии, а именно в западной
части, на приморских берегах, производится
большое количество вина почти от всех сортов французских лоз, от которых удержались даже и названия.
Взгляд не успевал ловить подробностей этой
большой, широко раскинувшейся картины. Прямо лежит на отлогости горы местечко, с своими идущими
частью правильным амфитеатром,
частью беспорядочно перегибающимися по холмам улицами, с утонувшими в зелени маленькими домиками, с виноградниками, полями маиса, с близкими и дальними фермами, с бегущими во все стороны дорогами. Налево гора Паарль, которая, картинною разнообразностью пейзажей, яркой зеленью, не похожа на другие здешние горы.
И только на другой день, на берегу, вполне вникнул я в опасность положения, когда в разговорах об этом объяснилось, что между берегом и фрегатом, при этих огромных, как горы, волнах, сообщения на шлюпках быть не могло; что если б фрегат разбился о рифы, то ни наши шлюпки — а их шесть-семь и
большой баркас, — ни шлюпки с других наших судов не могли бы спасти и пятой
части всей нашей команды.
Когда вы будете на мысе Доброй Надежды, я вам советую не хлопотать ни о лошадях, ни об экипаже, если вздумаете посмотреть колонию: просто отправляйтесь с маленьким чемоданчиком в Long-street в Капштате, в контору омнибусов; там справитесь, куда и когда отходят они, и за четвертую
часть того, что нам стоило, можете объехать вдвое
больше.
У англичан море — их почва: им не по чем ходить
больше. Оттого в английском обществе есть множество женщин, которые бывали во всех пяти
частях света.
Стали встречаться села с
большими запасами хлеба, сена, лошади, рогатый скот, домашняя птица. Дорога все — Лена, чудесная, проторенная
частой ездой между Иркутском, селами и приисками. «А что, смирны ли у вас лошади?» — спросишь на станции. «Чего не смирны? словно овцы: видите, запряжены, никто их не держит, а стоят». — «Как же так? а мне надо бы лошадей побойчее», — говорил я, сбивая их. «Лошадей тебе побойчее?» — «Ну да». — «Да эти-то ведь настоящие черти: их и не удержишь ничем». И оно действительно так.
Английские губернаторы, сменившие голландских, окруженные
большим блеском и более богатыми средствами, обнаружили и более влияния на дикие племена, вступили в деятельные сношения с кафрами и, то переговорами, то оружием, вытеснили их из пределов колонии. По окончании неприязненных действий с дикими в 1819 г. англичане присоединили к колонии значительную
часть земли, которая составляет теперь одну из лучших ее провинций под именем Альбани.
Один инженер сказал, что камень надо разбивать на куски порохом и потом по
частям свезти его, и что это будет стоить 8000 рублей; другой сказал, что под камень надо подвести
большой каток и на катке свезти камень, и что это будет стоить 6000 рублей.
Выскочил на полянку
большой русак, стал охорашиваться. Старая сова посмотрела на русака и села на сук, а молодая сова говорит: «Что ж ты зайца не ловишь?» Старая говорит: «Не по силам — велик русак: ты в него вцепишься, а он тебя уволочет в
чащу». А молодая сова говорит: «А я одной лапой вцеплюсь, а другой поскорее за дерево придержусь».
Хотя же в Российской Державе законами изобильно, но все таковые по разным делам разбрелись, и даже весьма уповательно, что
большая их
часть в бывшие пожары сгорела.
Во время градоначальствования Фердыщенки Козырю посчастливилось еще
больше благодаря влиянию ямщичихи Аленки, которая приходилась ему внучатной сестрой. В начале 1766 года он угадал голод и стал заблаговременно скупать хлеб. По его наущению Фердыщенко поставил у всех застав полицейских, которые останавливали возы с хлебом и гнали их прямо на двор к скупщику. Там Козырь объявлял, что платит за хлеб"по такции", и ежели между продавцами возникали сомнения, то недоумевающих отправлял в
часть.
Секут минуту, секут, наконец, пять минут, секут десять минут, дальше,
больше,
чаще, садче.
Религиозное учение это состояло в том, что всё в мире живое, что мертвого нет, что все предметы, которые мы считаем мертвыми, неорганическими, суть только
части огромного органического тела, которое мы не можем обнять, и что поэтому задача человека, как частицы
большого организма, состоит в поддержании жизни этого организма и всех живых
частей его.
Кроме того, граф Иван Михайлович считал, что чем
больше у него будет получения всякого рода денег из казны, и чем
больше будет орденов, до алмазных знаков чего-то включительно, и чем
чаще он будет видеться и говорить с коронованными особами обоих полов, тем будет лучше.
Теперь он возложил какие-то, еще неясные ему самому, надежды на кузину Беловодову, наслаждаясь сближением с ней. Ему пока ничего не хотелось
больше, как видеть ее
чаще, говорить, пробуждать в ней жизнь, если можно — страсть.
Это случалось иногда, что Марфенька прочтет ей что-нибудь, но бабушка к литературе была довольно холодна и только охотно слушала, когда Тит Никоныч приносил что-нибудь любопытное по
части хозяйства, каких-нибудь событий вроде убийств,
больших пожаров или гигиенических наставлений.
Подарков он не принимал, потому что нечем было отдарить. Ему находили уроки, заказывали диссертации и дарили за это белье, платье, редко деньги, а
чаще всего книги, которых от этого у него накопилось
больше, нежели дров.
Она немного отдохнула, открыв все Райскому и Тушину. Ей стало будто покойнее. Она сбросила
часть тяжести, как моряки в бурю бросают
часть груза, чтоб облегчить корабль. Но самый тяжелый груз был на дне души, и ладья ее сидела в воде глубоко, черпала бортами и могла, при новом ожидаемом шквале, черпнуть и не встать
больше.